+
Все началось с, казалось бы, невинной пропажи двух ящиков с книгами, посланных на адрес Американского литературно-исторического общества, а закончилось серией жестоких убийств. Но стоит ли этому удивляться? За вывеской литературного общества скрывается одно из аналитических подразделений ЦРУ. Убийцы посланы руководителями разведслужбы. Голливуд не смог пройти мимо захватывающего романа. Зритель увидел фильм со звездным составом актеров, по праву ставший классикой жанра.
РЕЗУЛЬТАТ ПРОВЕРКИ ПОДПИСИ
Данные электронной подписи
Ссылка на политику подписи
Закрыть

 

Джеймс Грейди

 

Шесть дней

Кондора

 

- 2 -

 

James Grady

"Six Days of the Condor

Перевод И. Бони

 

 

СРЕДА

 

В четырех кварталах позади Библиотеки конгресса, сразу же за

пересечением улиц Юго-восточной А и Четвертой, стоит

трехэтажное - второе от угла здание, отделанное штукатуркой.

Приютившееся среди других городских домов, оно вряд ли

привлекло бы к себе чье-либо внимание, если бы не его цвет.

Яркая белизна здания резко выделяется на фоне поблекших и

выцветших соседних фасадов - красных, зеленых и грязно

белых. Кроме тога, невысокая чугунная ограда и небольшой,

хорошо ухоженный газон способствуют тому, что здесь царит

атмосфера некоего спокойного достоинства, которого

соседние дома полностью лишены.

Тем не менее лишь очень немногие из прохожих обращают

внимание на это здание. Для местных жителей оно давно уже

стало неотъемлемой частью хорошо знакомого и привычного

городского пейзажа. У сотен же чиновников, которые трудятся

в расположенных на Капитолийском холме государственных

учреждениях и в Библиотеке конгресса и каждый день проходят

мимо, просто нет времени обращать на него внимание.

Большинство туристов, что толпами бродят по окрестностям,

также никогда не добираются до этого здания, так как оно

расположено я стороне от самого холма. А те немногие,

которые все же оказываются по соседству, попадают сюда, как

правило, случайно, в поисках полицейского, чтобы тот помог

им выбраться из этого пользующегося дурной славой района

"повышенной преступности" под сень безопасности

национальных памятников.

И все-таки если какой-нибудь прохожий по странной

случайности заинтересуется этим зданием и начнет внимательно

рассматривать его, он не обнаружит в нем ничего

примечательного или необычного.

- 3 -

Вот прохожий остановился перед оградой. Вероятно, прежде

всего он заметит за ней бронзовую доску (размером метр на

полтора), установленную на газоне и извещающую, что в

здании расположена национальная штаб-квартира

"Американского литературно-исторического общества". Но в

Вашингтоне, городе сотен достопримечательностей и штаб

квартир бесконечного числа организаций, подобным

предназначением здания никого не удивишь. Если же

прохожий неравнодушен к архитектуре и проявляет интерес к

достижениям дизайна, то он почти наверняка будет

заинтригован великолепной черной деревянной дверью, по

непонятной причине изуродованной непропорционально

большим дверным глазком.

Если любопытство нашего прохожего не сдерживается его

застенчивостью, то он, возможно, откроет калитку. При этом он,

по всей вероятности, не обратит внимания на легкий щелчок

магнитной защелки, которая является звеном в электрической

цепи сигнализации. Затем несколько коротких шагов - и вот уже

наш прохожий поднимается на крыльцо и нажимает кнопку

звонка.

Если Уолтер пьет кофе в маленькой кухне, как это чаще всего

бывает, или приводит в порядок ящики с книгами, или же

подметает пол, то посетитель слышит неприятно резкий голос

миссис Расселл, которая кричит "войдите!" перед тем, как

нажать на своем столе кнопку, чтобы сработал автоматический

замок.

Первое, что замечает посетитель, войдя в помещение

штаб-квартиры общества, это царящие здесь исключительный

порядок и чистоту. Когда он останавливается на нижней

площадке лестницы, то его глаза находятся практически на

одном уровне с крышкой стола Уолтера, на котором

совершенно отсутствуют какие-либо бумаги. Если судить по

передней стенке стола, изготовленной из пуленепробиваемой

стали, он никогда для них и не предназначался. Когда

посетитель, повернув направо, начинает подниматься по

ступенькам лестницы, он видит миссис Расселл. В отличие от

рабочего места Уолтера ее стол завален бумагами,

скрывшими под собой даже старенькую пишущую машинку. За

этой кипой, "переработанной древесины" восседает миссис

- 4 -

Расселл. Ее редкие седые волосы, как правило, взъерошены и

слишком коротки, чтобы придать хоть какую-нибудь

привлекательность ее лицу. Брошь в виде подковки с

выбитыми по ней цифрами "1932" украшает с левой стороны то,

что можно назвать лишь подобием груди. Миссис Расселл

беспрестанно курит.

Однако лишь немногим посетителям, за исключением

почтальонов и посыльных, удается так далеко и

беспрепятственно проникнуть в помещение штаб-квартиры

общества. Эти немногие, после того как испытующий взгляд

Уолтера, если тот на месте, удостоверится в их

благонадежности, поступают в распоряжение миссис Расселл.

Посетителя, пришедшего по делу, она направляет к

соответствующему сотруднику, убедившись, разумеется, прежде

в том, что у посетителя имеется необходимое разрешение.

Если же посетитель всего лишь один из "смелых и

любознательных", то миссис Расселл прочтет ему

пятиминутную, до одури скучную лекцию по истории

создания общества, расскажет о целях и задачах

литературного анализа, а также успехах и достижениях их

ведомства. Потом она вручит посетителю несколько брошюр,

которые он в общем не очень-то и жаждет получить, и заявит,

что сейчас нет никого из сотрудников, кто мог бы ответить

ему на возможные дальнейшие вопросы, и для получения

дополнительной информации предложит направить письмо, не

сообщив при этом, кому и по какому адресу. Затем она

решительно произнесет: "До свидания!" Обычно посетители,

ошеломленные таким напористым обращением, послушно

ретируются, вероятно, так и не обратив внимания ни на

маленький ящик на столе Уолтера, который уже запечатлел их

внешность на фотопленку, ни на красную лампочку над

дверью, которая загорается всякий раз, когда с улицы

открывают калитку. Разочарование посетителя уступило бы

место богатой игре его воображения, если бы он узнал вдруг,

что только что побывал в помещении одного из отделов ЦРУ.

Центральное разведывательное управление было создано в

1947 году в соответствии с Законом о национальной

безопасности, а также вследствие известных событий второй

мировой войны, когда США были застигнуты врасплох

- 5 -

нападением японцев на П„рл-Харбор. Ныне это ведомство

является крупнейшим и самым активным звеном в широко

разветвленной системе американской разведки.

Эта система имеет около двухсот тысяч сотрудников, и ее

годовой бюджет составляет многие миллиарды долларов.

Деятельность ЦРУ чрезвычайно многогранна и охватывает

широкий спектр мероприятий - секретные операции и шпионаж,

технические исследования, финансирование различных

групп политических действий, поддержка дружественных

правительств и прямые полувоенные операции. Разнообразие

этой деятельности, подчиненной выполнению основной задачи

- обеспечению национальной безопасности, - превратило

управление в один из самых важных органов правительства

США. Бывший директор ЦРУ Аллен Даллес однажды заметил:

"Закон о национальной безопасности 1947 года... обеспечил

нашей разведке гораздо более влиятельное положение в нашем

правительстве, чем имеет разведка в любом другом

правительстве мира".

Одна из важнейших сторон деятельности ЦРУ заключается в

простой и очень кропотливой исследовательской и

аналитической работе. Сотни его сотрудников ежедневно

рыскают по страницам всевозможных технических

журналов, американских и иностранных периодических изданий,

прослушивают записи речей и выступлений, следят за теле- и

радиопередачами. Этой исследовательской работой

занимаются два из четырех управлений ЦРУ. Информационное

управление отвечает за техническую разведку, и его

сотрудники составляют подробные отчеты о самых последних

достижениях науки и техники во всех странах мира, включая

США и их союзников. Управление тайных служб

занимается специализированной формой научных

исследований. Около 80 процентов информации, которая

проходит через это управление, поступает из открытых

источников: журналов и периодических изданий всех видов,

радиопередач и книг. Управление обрабатывает эту

информацию и на ее основе составляет отчеты трех

основных видов: первые включают в себя долгосрочное

прогнозирование в отношении регионов или проблем,

представляющих особый интерес для США; отчеты второго вида

- 6 -

содержат ежедневные обзоры основных международных

событий и общего политического положения в мире; в отчетах

третьей категории делается попытка обнаружить имеющиеся

недостатки в деятельности ЦРУ.

"Американское литературно-историческое общество" с его

штаб-квартирой в Вашингтоне и небольшим закупочным

отделением в Сиэттле является секцией одного небольшого

отдела, известного в Управлении тайных служб, как отдел 17.

Главной задачей сотрудников общества является выуживание

в литературных произведениях всех примеров и описаний актов

шпионажа и связанных с ним действий. Другими словами,

сотрудники общества постоянно читают шпионские и

детективные романы. Ситуации, описанные в тысячах томов

детективов, регистрируются со всеми подробностями в

"делах", а затем тщательно анализируются. Таким образом

были досконально изучены произведения всех возможных

авторов детективного жанра, начиная с Джеймса Фенимора

Купера.

Большинство книг, принадлежащих ЦРУ, хранится в

центральном комплексе в Лэнгли, штат Вирджиния.

Однако штаб-квартира "Американского литературно

исторического общества" располагает своей собственной

библиотекой, в которой имеется почти три тысячи томов. В свое

время общество размещалось неподалеку от госдепартамента,

но зимой 1961 года, когда ЦРУ переехало в новый комплекс в

Лэнгли, общество также перевели в пригород Вашингтона. В

1970 году количество поступающих книг, необходимых для

исследований, стало создавать серьезные проблемы как в

отношении хранения, так и в смысле финансовых затрат. В

довершение всего, заместитель директора ЦРУ,

возглавляющий Управление тайных служб, поставил

вопрос о целесообразности содержания такого

многочисленного штата сотрудников, имевших высшую

категорию секретности, которая, в свою очередь, предполагала

и более высокую оплату труда. В результате общество вновь

перевели в пределы городской черты Вашингтона и разместили

в непосредственной близости от Библиотеки конгресса, что

было весьма удобно для его работы.

Исследователи и аналитики общества внимательно следят

- 7 -

за всеми литературными новинками детективного жанра и

распределяют работу между собой, как правило, по

взаимному согласию. Каждый сотрудник является авторитетом

в определенной области детектива, что соответствует его

личным интересам, а также симпатиям к тому или иному автору.

В дополнение к составлению краткого содержания всех

получаемых детективов и детального описания методов и

техники проведения секретных операций, использованных

автором, сотрудники общества ежедневно получают из

комплекса ЦРУ в Лэнгли специально подготовленные для-,

них отчеты. Эти отчеты представляют собой предельно краткое

изложение реальных фактов и событий с упоминанием лишь

самых необходимых деталей, но без указания имен действующих

лиц. Факты конкретной операции, содержащиеся в отчетах,

сравниваются с похожими эпизодами детективов, хотя те и

являются плодом авторской фантазии.

Если между ними будет замечено малейшее совпадение, то

аналитики, получив дополнительные материалы из Лэнгли,

проведут- дальнейшее расследование. Если и в результате этого

расследования совпадение подтвердится, то информация по

атому вопросу будет направлена для проверки в более

секретное подразделение Управления тайных служб. Здесь

сделают вывод, является ли это совпадение случайным, иди

же автор знает гораздо больше того, что ему положено знать.

Если подтвердится последнее, то автору явно не повезло, так

как в этом случае соответствующие рекомендации будут

направлены в вышестоящие инстанции для принятия

необходимых мер.

Предполагается также, что исследователи и аналитики

общества должны составлять сводки полезных советов и

рекомендаций, которые могут быть использованы

оперативными сотрудниками и агентами в практических

действиях.

Эти сводки направляются соответственно инструкторам,

которые постоянно изыскивают новые методы и "трюки" для

осуществления секретных операций.

В то утро Рональд Малькольм как раз должен был работать

над составлением одной из таких сводок. Однако вместо этого

он сидел верхом на деревянном стуле, положив подбородок

- 8 -

на его поцарапанную ореховую спинку. Было без

четырнадцати минут девять, и он сидел в таком положении с

того самого момента, когда, расплескивая черный кофе и громко

чертыхаясь, забрался по винтовой лестнице в свой кабинет на

втором этаже в восемь часов тридцать минут. Кофе

Малькопьм уже выпил и очень хотел еще, но не решался

оторвать взгляд от окна.

Дело в том, что каждое утро, между восемью сорока и

девятью часами, невероятно красивая девушка проходила мимо

окна Малькольма по направлению к Библиотеке конгресса. И

каждое утро Малькольм, если только ему не мешала болезнь

или какое-нибудь неотложное дело, наблюдал за ней. Это

стало для Малькольма своеобразным ритуалом, помогавшим

ему ранним утром уговорить себя выбраться из уютной постели,

быстро побриться и отправиться пешком на работу.

Погода была по-настоящему весенней. Аромат цветущей

вишни упорно пробивался сквозь утренний туман. Краешком

глаза Малькольм увидел девушку, придвинул стул поближе к

окну и привстал.

Девушка не просто шла вдоль улицы. Она плыла по ней,

двигаясь целеустремленно и с чувством гордости, рожденным

из еще робкой, но уже хорошо осознанной уверенности в себе.

Ее блестящие каштановые волосы струились вдоль спины и

ниспадали каскадом почти до самой талии. Она не пользовалась

косметикой, и, когда не носила темные очки, можно было

видеть, что ее глаза - огромные и пропорционально

поставленные - прекрасно гармонировали с прямым носом,

широким ртом, округлым лицом и твердым подбородком.

Коричневый свитер плотно облегал фигуру. Юбка из

шотландки подчеркивала крепкие, полноватые бедра. Стройные

икры ног плавно переходили в лодыжки. Еще три твердых

шага, и девушка скрылась из вида.

Малькольм вздохнул и опустился на свой стул. Из каретки

пишущей машинки торчал наполовину отпечатанный лист

бумаги. Он решил, что этого вполне достаточно для

утренней нормы, ваял пустую чашку и вышел из своего

небольшого красно-голубого кабинета.

Подойдя к лестнице, Малъкольм остановился. В здании было

две кофеварки одна на первом этаже в помещении маленькой

- 9 -

кухни, расположенной позади рабочего места миссис Расселл,

вторая на упаковочном столе на третьем этаже, за открытыми

стеллажами для книг. Каждая из кофеварок имела как свои

преимущества, так и недостатки. Кофеварка, установленная на

первом этаже, была большего объема, и ею пользовались почти

все сотрудники. Кроме того, рабочие места миссис Расселл и

бывшего инструктора по строевой подготовке Уолтера

("Сержант Дженнингс, если не возражаете!"), а также

кабинеты руководителя общества доктора Лаппе и нового

бухгалтера-библиотекаря Хейдеггера находились тоже внизу,

поэтому все они пользовались этой кофеваркой. Варила

кофе, конечно, миссис Расселл, среди многих недостатков

которой отсутствие кулинарных способностей не числилось.

Однако кофеварка первого этажа имела и два серьезных

неудобства. Если Малькольм или Рэй Томас, тоже аналитик,

кабинет которого также находился на втором этаже,

пользовались ею, то они рисковали встретиться с доктором

Лаппе. А встречи эти вряд ли можно было назвать приятными.

Вторым неудобством была сама миссис Расселл с присущим

ей сильным запахом духов, или, как Рэй имел обыкновение

называть ее, "наша парфюмерная Полли".

Кофеваркой же третьего этажа мало кто пользовался, так как

только Гарольд Мартин и Таматха Рейнольдс, тоже аналитики,

были постоянно приписаны к ней.

Иногда и Рэй и Малькольм использовали свое право выбора.

Время от времени и Уолтер осмеливался забраться наверх,

чтобы освежиться чашечкой кофе и заодно лишний раз

полюбоваться хрупкой фигуркой Таматхи. Таматха была

приятной во всех отношениях девушкой, но она и понятия не

имела, как нужно варить кофе.

Когда Малькольм пользовался этой кофеваркой, то он не

только становился жертвой кулинарного варварства Таматхи, но

и рисковал быть загнанным в угол Гарольдом Мартином с его

спортивными новостями, результатами прошедших матчей,

различными мнениями и прогнозами из области спорта, за

которыми следовали ностальгические воспоминания и истории о

смелых похождениях времен обучения в средней школе.

Малькольм решил поэтому спуститься вниз.

Когда он проходил мимо стола миссис Расселл, она

- 10 -

приветствовала его своим обычным презрительным ворчанием.

Иногда Малькольм, желая проверить, не переменилась ли она

к лучшему, останавливался около нее, чтобы "поболтать".

В этом случае миссис Расселл принималась лихорадочно

перебирать свои бумаги, и, о чем бы Малькольм ни говорил, она

заводила бессвязный монолог о том, как много ей приходится

работать, как она больна и как мало ее ценят. В это утро

Малькольм решился лишь на ироническую улыбку и подчеркнуто

вежливый поклон.

Когда Малькольм с чашечкой кофе в руке начал подниматься

по ступенькам лестницы, он услышал позади себя щелчок

открывшейся двери и уже смирился с тем, что ему придется

выслушать очередную лекцию доктора Лаппе.

- О, мистер Малькольм, можно мне... разрешите мне

поговорить с вами? Я задержу вас всего лишь на минутку.

Ух, пронесло! Говорящий был Хейдеггер, а не доктор Лаппе.

Улыбнувшись и вздохнув с облегчением, Малькольм

повернулся к маленькому, тщедушному человеку с таким

багровым румянцем на лице, что казалось, светилась даже его

лысина. Традиционная белая рубашка с пуговками на уголках

воротничка и узкий черный галстук как бы отделяли его большую

голову от тела.

- Привет, Рич, - сказал Малькольм. - Как поживаете? -

Хорошо... Рон. Хорошо, - нервно хихикнул, как обычно,

Хейдеггер.

Несмотря на шестимесячное полное воздержание от

употребления алкоголя и тяжелую физическую работу, его

нервы были все еще напряжены. Любой вопрос о состоянии

здоровья Хейдеггера, даже самый невинный и вежливый,

напоминал ему о днях, когда он, замирая от страха, тайком

проносил спиртное в туалет, а затем как безумный жевал

резинку, пытаясь отбить запах, превращавший его в

"потенциальную угрозу" для безопасности всего ЦРУ. После

того как он "добровольно" согласился на лечение и,

замкнувшись в себе, прошел через ад одиночества, и потом

постепенно стал приходить в норму, доктора шепнули ему, что

его выследили сотрудники службы безопасности, которые

наблюдали негласно за туалетами...

- Не зайдете ли вы... я имею в виду, можете ли вы зайти ко

- 11 -

мне на минутку? Малькольм был рад любому предлогу, лишь

бы не работать: - Конечно, Рич.

Они вошли в крошечный кабинет,

предназначавшийся для бухгалтера-библиотекаря, и сели -

Хейдеггер за свой стол, а Малькольм на мягкий стул,

оставленный бывшим обитателем кабинета. В течение

нескольких минут они сидели молча.

"Бедный маленький человек, - думал Малькольм. - Напуганный

до смерти и все еще надеющийся, что он сможет вернуть себе

благосклонность начальства.

Все еще верящий в то, что ему восстановят высшую категорию

секретности и он сможет перебраться из этого пыльного

зеленого кабинета мелкого чиновника в другой, тоже пыльный,

но более секретный.

Может быть, - думал Малькольм, - если тебе повезет, стены

твоего нового кабинета будут выкрашены в один из тех трех

цветов, которые, по мнению руководства, должны

способствовать созданию "максимально эффективной рабочей

обстановки", может быть, ты получишь красивую голубую

комнату того же самого оттенка, в который выкрашены три

стены моего кабинета и сотен других правительственных

помещений".

- Так вот... - голос Хейдеггера прозвучал неожиданно

раскатисто в маленькой комнате. Смутившись, что он говорит

слишком громко, Хейдеггер откинулся в кресле и продолжил:

- Я... мне очень неприятно вот так беспокоить вас по

пустякам...

- О, никакого беспокойства.

- Ну, хорошо. Итак, Рон... вы не возражаете, если я буду звать

вас Роном, правда? Итак, как вам известно, я новичок в этой

секции. Поэтому я решил просмотреть документацию за

несколько последних лет, чтобы поближе познакомиться с

характером работы. - Он нервно хихикнул. - Инструктаж

доктора Лаппе был, можно сказать, менее чем достаточным.

Малькольм последовал его примеру и тоже хихикнул.

Если кто-нибудь осмеливается вслух подшучивать над доктором

Лаппе, то, значит, это толковый человек. Малькольм решил,

что в конечном счете Хейдегтер может ему понравиться, -

Ладно. Итак, вы здесь работаете уже два года, не так ли? С

- 12 -

момента переезда из Лэнгли, да? - продолжал Хейдегтер.

"А ведь действительно так", - подумал Малькольм и кивнул

головой в знак согласия. Два года, два месяца и несколько

дней.

- Так вот, я обнаружил некоторое... несоответствие в

документации, которое, я считаю, необходимо выяснить. И я

подумал, может быть, вы сможете мне в этом помочь. -

Хейдеггер сделал паузу. Малькольм в ответ лишь молча пожал

плечами, что означало одновременно и его готовность, и

некоторое удивление.

- Так вот. Я обнаружил два странных расхождения или,

вернее будет сказать, расхождения в двух областях учета.

Первое имеет отношение к бухгалтерским отчетам: например,

суммы денег, переведенные на наш счет или выплаченные

нами, зарплата и тому подобное. Вероятно, вы не имеете

никакого представления о таких вещах, так что в этом деле я

должен буду разобраться сам. А вот второе касается книг, и я

сейчас пытаюсь выяснить этот вопрос со всеми сотрудниками

секции, в том числе и с вами, для того чтобы посмотреть, не

удастся ли мне обнаружить какое-нибудь объяснение этому,

прежде чем пойти со своим докладом к доктору Лаппе. - Он

опять сделал паузу в ожидании утвердительного кивка со

стороны своего собеседника, и Малькольм вновь не

разочаровал его.

- - Вы когда-нибудь... я хочу сказать, вы когда-нибудь замечали,

чтобы у нас пропадали книги? Нет, подождите, - произнес он

торопливо, увидев выражение замешательства, появившееся на

лице Малькольма, - разрешите мне выразить свою мысль еще

раз, более понятно. Вам известно что-либо о случаях, когда у

нас не оказывалось книг, которые мы заказывали, или книг,

которые должны иметься в нашей библиотеке? - Нет,

насколько мне известно, я никогда не слышал о таких случаях,

ответил Малькольм, начиная скучать. - Если бы вы могли

сказать мне, каких книг не хватает или каких может не хватать...

- Он умышленно не закончил фразу и дал повиснуть ей в

воздухе.

Хейдеггер сразу же подхватил ее: - Вот в этом-то все и дело.

Я действительно не знаю. Я хочу сказать, что я не совсем

уверен, пропали ли у нас вообще какие-либо книги, и если они

- 13 -

пропали, то какие именно, и почему они исчезли. Все это какая

то сплошная путаница.

Малькольм молча согласился.

- Вы знаете, - продолжил Хейдеггер, - где-то в 1968 году мы

получили большую партию книг от нашего закупочного отделения

в Сиэттле. Мы получили все книги, которые они направили нам.

Однако совершенно случайно я обратил внимание на то, что

наш сотрудник, получивший эту посылку, расписался за пять

ящиков книг. Тем не менее в накладной об отправке посылки, на

которой, хочу добавить, стоят соответствующие отметки о

проверке груза и подписи как нашего агента в Сиэттле, так и

работников автотранспортной компании, говорится, что нам

было отправлено семь ящиков. Таким образом, получается, что

у нас пропали два ящика книг, хотя на самом деле все

отправленные нам книги фактически в наличии. Вы понимаете,

что я хочу сказать? Немного покривив душой, Малькольм

сказал: - Да, я понимаю, что вы хотите сказать, хотя я считаю,

что, вероятнее всего, произошла элементарная ошибка. Кто-то,

возможно наш сотрудник, просто не умел считать. В любом

случае у нас, как вы говорите, все книги на месте.

Так почему бы не оставить все как есть? - Ничего-то вы не

понимаете! - воскликнул Хейдеггер, наклонившись вперед и

поразив Малькольма внутренним напряжением, которое

прозвучало в его голосе. - Я несу ответственность за эти

документы. Когда я принимал дела, то я должен был

подтвердить, что вся документация в полном порядке и

соответствует действительному положению вещей. Я так та

сделал, а теперь эта ошибка путает всю отчетную документацию.

А это уже совсем нехорошо. Если это когда-нибудь обнаружится,

то винить будут меня. Меня! - К тому времени, когда он

закончил говорить, он так наклонился вперед, что практически

уже лежал поперек стола, а громкие раскаты его голоса

опять отзывались в маленькой комнате эхом.

Малькольму все это окончательно надоело. Перспектива

выслушивать бессвязную болтовню Хейдегг„ра о

несоответствиях в учетной документации ни в малейшей степени

не интересовала его. Кроме того, Малькольму совсем не

нравилось, как загорались глаза Хейдегг„ра за толстыми

стеклами очков, когда он распалялся и входил в раж. Пора было

- 14 -

уходить. Он наклонился к Хейдеггеру: - Послушайте, Рич. Я

хорошо понимаю, что эта путаница создает для вас серьезную

проблему, но я боюсь, что ничем не смогу вам помочь. Может

быть, кто-то из наших сотрудников знает что-нибудь такое, чего я

не знаю, хотя я и сомневаюсь в этом. Если хотите моего совета,

забудьте обо всем и замните это дело. Ну, как будто вы вообще

ничего и не обнаруживали. Именно так поступал в подобных

случаях ваш предшественник Джонсон. Если вы все же

намерены расследовать это дело дальше, то я советую вам ни в

коем случае не ходить к доктору Лаппе. Сначала он,

безусловно, очень расстроится, затем все настолько запутает,

что концов не найдешь, потом раздует это дело до

невероятных размеров, а в результате все будут

чувствовать себя отвратительно.

Малькольм поднялся и пошел к двери. Оглянувшись, он

увидел маленького, дрожащего от страха человека, который

сидел, уставившись пустым взглядом в открытый журнал

бухгалтерского учета.

Лишь дойдя до стола миссис Расселл, Малькольм вздохнул с

облегчением. Он выплеснул остатки холодного кофе в раковину

и отправился к себе наверх.

Войдя в кабинет, он уселся на свое место, положил ноги на

стол и закрыл глаза.

Открыв глаза минуту спустя, он уставился на репродукцию

картины Пикассо "Дон-Кихот". Репродукция вполне заслуженно

занимала место на стене его кабинета, наполовину

выкрашенной в красный цвет. Все началось ведь именно с Дон

Кихота. Это благодаря ему Малькольм получил такую

увлекательную работу и стал агентом ЦРУ. Два года тому

назад...

В сентябре 1970 года Малькольм сдавал письменный

выпускной экзамен по литературе, который он так долго

откладывал. Первые два часа все шло просто отлично: он очень

содержательно и интересно изложил аллегорическую суть

эстетики Платона, проанализировал настроение двух

странников из "Кентерберийских рассказов" Чосера, обсудил

роль и значение крыс в романе Камю "Чума" и проявил

незаурядную изворотливость при описании деяний Холдена

Колфилда в произведении Сэлинджера "Над пропастью во

- 15 -

ржи". Когда же он подошел к последнему вопросу, то словно

уперся лбом в кирпичную стену: от него требовалось "детально

проанализировать, по крайней мере, три важных эпизода из

романа Сервантеса "Дон-Кихот", отразив при этом

символический смысл каждого из них и связь как между собой,

так и с содержанием романа в целом, а также показать, каким

образом Сервантес использовал эти эпизоды для того, чтобы

более емко охарактеризовать Дон-Кихота и Санчо Пансу".

Малькольм вообще не читал "Дон-Кихота". В течение пяти

драгоценных минут он сидел, упершись взглядом в текст

вопроса. Затем он очень осторожно открыл чистую

экзаменационную тетрадь и принялся писать: "Я никогда не

читал "Дон-Кихота", но, мне думается, он потерпел поражение в

борьбе с ветряными мельницами. Я не совсем уверен, что

произошло с Санчо Пансой.

Похождения Дон-Кихота и Санчо Пансы, этой неразлучной

пары благородных героев, которые, как принято считать,

боролись за справедливость, можно с успехом сравнять с

приключениями двух главных персонажей детективных романов

писателя Рекса Стаута - Неро Вулфа и Арчи Гудвина. Так,

например, в классическом приключенческом детективе "Черная

гора" Вулф..." После того как он закончил длинное и весьма

подробное описание похождений Неро Вулфа, использовав для

этого в качестве основного источника детектив "Черная гора",

Малькольм сдал экзаменационную работу и отправился домой.

Через два дня Малькольма вызвали в кабинет

профессора испанской литературы. К его удивлению, ему не

устроили разнос за его экзаменационную работу. Вместо этого

профессор поинтересовался, действительно ли Малькольм

проявляет такой искренний интерес к чтению детективов.

Озадаченный этим вопросом, Малькольм честно признался, что

чтение таких книг помогло ему сохранить некоторое подобие

нормальной психики во время своего обучения в колледже.

Улыбнувшись, профессор спросил его, не хочет ли он

"сохранять нормальную психику" за деньги? Вполне

естественно, что Малькольм ответил утвердительно.

Профессор позвонил кому-то по телефону, и в тот же день

Малькольм встретился за ленчем со своим первым агентом ЦРУ.

Нет ничего удивительного в том, что профессора колледжей,

- 16 -

деканы и другие представители академических кругов выступают

как вербовщики потенциальных кадров для ЦРУ.

Два месяца спустя проверка Малькольма была закончена,

и он был рекомендован "для ограниченного использования" на

работе в ЦРУ, как и 17 процентов всех желающих стать

сотрудниками ведомства. После специального, но довольно

общего и поверхностного курса обучения Малькольм впервые

поднялся по чугунным ступенькам "Американского литературно

исторического общества", где он в компании миссис Расселл и

доктора Лаппе и провел свой первый рабочий день в

качестве полноправного агента секретной службы.

Малькольм улыбнулся, глядя на стену своего кабинета,

которая напомнила ему о хорошо продуманной победе над

доктором Лаппе. На третий день своей работы в обществе

Малькольм отказался от костюма и галстука. Прошла неделя, в

течение которой в воздухе носились неясные намеки, прежде

чем доктор Лаппе вызвал его для небольшой "дружеской"

беседы по вопросам этикета. Хотя "добрый доктор" и

согласился с тем, что бюрократия имеет тенденцию к

созданию серой и несколько удушливой рабочей обстановки, тем

не менее он дал понять, что вместо того, чтобы носить "чуждую

приличиям" одежду, следует более активно изыскивать другие

способы, с помощью которых, по его выражению, можно

"впустить солнце" в эту обстановку, то есть сделать ее более

яркой, свежей и разнообразной. Малькольм ничего не ответил

на эту тираду, однако на следующий день он явился на работу

пораньше, одетый, как и требовалось, в костюм с галстуком. С

собой он принес большую коробку.

К тому времени, когда Уолтер в десять часов утра доложил о

происходящем доктору Лаппе, Малькольм уже почти закончил

красить одну из стен своего кабинета в ярко-красный цвет

пожарной машины. Ошеломленный доктор Лаппе молча

сидел, в то время как Малькольм с самым невинным видом

объяснял ему свой новейший способ, как "впустить солнце" в

рабочую обстановку.

Когда еще два аналитика внезапно ворвались в кабинет и

начали громко выражать свое одобрение, "добрый доктор"

задумчиво заметил, что, пожалуй, Малькольм был прав, когда

решил придать более яркий и свежий вид своей внешности,

- 17 -

однако вряд ли следует распространять подобный метод на

служебное помещение. Малькольм не замедлил выразить свое

искреннее согласие с этим мнением. Краска и кисти

отправились на третий этаж в кладовку. Костюм же и галстук

Малькольма снова исчезли. Доктор Лаппе счел более разумным

отступить перед бунтом отдельной личности, чем оказаться

перед лицом массового восстания против правительственной

собственности.

Малькольм вздохнул, прежде чем вернуться к описанию

классического метода Джона Диксона Карра по созданию

ситуации "закрытых дверей".

Между тем Хейдеггер был занят делом. Он воспринял совет

Малькольма по поводу визита к доктору Лаппе, но был

слишком запуган, чтобы попытаться скрыть обнаруженную

ошибку от руководства. Кроме того, он понимал также, что если

ему удастся сделать удачный ход и добиться успеха в

прояснении этой запутанной ситуации или по крайней мере

хотя бы доказать, что он может вполне ответственно

подходить к решению сложной проблемы, то в этом случае

шансы на восстановление благосклонного к нему отношения

руководства значительно возрастут. В результате из-за своей

амбиции и панического страха (что всегда является плохим

сочетанием) Хейдеггер и совершил роковую ошибку.

Он написал короткую служебную записку на имя начальника

отдела 17. В тщательно подобранных и завуалированных, но

вместе с тем наводящих на размышление выражениях он

изложил все факты этого дела точно так же, как он рассказал о

них Малькольму. Все служебные записки обычно визируются

доктором Лаппе, хотя известны и случаи исключений из этого

правила. Если бы Хейдеггер придерживался установленного

порядка нормального прохождения документов, все было бы

превосходно, так как доктор Лаппе никогда бы не разрешил

пустить по начальству служебную записку, содержащую

критические выводы в отношении работы его секции.

Хейдеггер, понимая это, лично положил конверт с запиской в

мешок для отправки документов.

Два раза в день, в полдень и вечером, две автомашины с

вооруженной охраной объезжают все подразделения ЦРУ,

расположенные в Вашингтоне и его окрестностях. Они

- 18 -

забирают внутреннюю корреспонденцию, которая затем

отправляется за восемь миль в штаб-квартиру ЦРУ в

Лэнгли, где она сортируется для доставки адресатам.

Служебная записка Рича ушла с очередным рейсом в полдень.

Странная и совершенно необычная история произошла

затем со служебной запиской Рича. Как и вся входящая и

исходящая корреспонденция "Американского литературно

исторического общества", служебная записка исчезла из

экспедиции еще до начала сортировки почты и вскоре

появилась в просторном кабинете восточного крыла здания на

столе у человека, страдающего астмой. Человек этот прочел

записку дважды, один раз быстро, а затем еще раз очень и

очень медленно. Он вышел из кабинета и принял необходимые

меры к тому, чтобы все "дела" с документами, имеющими

отношение как к работе, так и к сотрудникам общества, исчезли

из картотеки. Затем он вернулся в кабинет и договорился с кем

то по телефону о встрече на проходившей в то время

выставке изобразительного искусства. После этого, сказавшись

больным, он сел в автобус и отправился в город. В пределах

часа он уже был занят оживленной беседой с человеком

представительной внешности, который, судя по всему, мог бы

быть и банкиром. Они беседовали, медленно

прогуливаясь вдоль Пенсильвания-авеню.

Вечером этого же дня человек представительной внешности

встретился еще с одним человеком, на этот раз в шумном и

переполненном баре "Клайд", расположенном в районе

Джорджтауна, который регулярно посещается обитателями

Капитолийского холма. Они также совершили прогулку,

время от времени останавливаясь и разглядывая отражения

в витринах магазинов. Внешность второго человека тоже

была представительной, хотя для более точной

характеристики, пожалуй, следовало бы определить ее как

"впечатляющую" или же "поразительную". Что-то в его глазах

подсказывало, что он наверняка не был банкиром. Он слушал,

в то время как первый человек говорил.

- Боюсь, что. у нас возникла небольшая проблема.

- Правда? - Да. Уэзерби перехватил сегодня вот это. - И

передал второму человеку служебную записку Хейдеггера.

Второй человек прочел ее только один раз.

- 19 -

Скрыто страниц: 1

После покупки и/или взятии на чтение все страницы будут доступны для чтения

- 20 -

Скрыто страниц: 148

После покупки и/или взятии на чтение все страницы будут доступны для чтения

- 21 -

Скрыто страниц: 148

После покупки и/или взятии на чтение все страницы будут доступны для чтения

- 22 -

Скрыто страниц: 1

После покупки и/или взятии на чтение все страницы будут доступны для чтения

- 23 -

Шесть дней Кондора

Грейди Джеймс

173

Добавил: "Автограф"

Статистика

С помощью виджета для библиотеки, можно добавить любой объект из библиотеки на другой сайт. Для этого необходимо скопировать код и вставить на сайт, где будет отображаться виджет.

Этот код вставьте в то место, где будет отображаться сам виджет:


Настройки виджета для библиотеки:

Предварительный просмотр:


Опубликовано: 4 Oct 2016
Категория: Зарубежная литература, Современная литература, Детектив

Все началось с, казалось бы, невинной пропажи двух ящиков с книгами, посланных на адрес Американского литературно-исторического общества, а закончилось серией жестоких убийств. Но стоит ли этому удивляться? За вывеской литературного общества скрывается одно из аналитических подразделений ЦРУ. Убийцы посланы руководителями разведслужбы. Голливуд не смог пройти мимо захватывающего романа. Зритель увидел фильм со звездным составом актеров, по праву ставший классикой жанра.

КОММЕНТАРИИ (0)

Оставить комментарий анонимно
В комментариях html тэги и ссылки не поддерживаются

Оставьте отзыв первым!