+
Возможно ли, что убийство странного незнакомца, остановившегося в маленькой сельской гостинице, как-то связано с судьбой юной вдовы старика миллионера? На месте преступления видели таинственную женщину, по описанию свидетелей слегка похожую на молодую красавицу. Читателя, знакомого с творчеством королевы детектива - Агаты Кристи, не оставит равнодушным роман `Берег удачи`. В нашей библиотеке вы можете бесплатно почитать книгу « Берег удачи ».
РЕЗУЛЬТАТ ПРОВЕРКИ ПОДПИСИ
Данные электронной подписи
Ссылка на политику подписи
Закрыть

 

Агата Кристи

 

 

 

Берег удачи

 

- 2 -

 

 

Агата Кристи

«Берег удачи»

 

 

 

Часть первая

 

Глава 1

 

В любом клубе обязательно есть человек, который считается

общепризнанным мастером нагонять скуку. Не составлял

исключения и клуб «Коронейшн». И то обстоятельство, что за

стенами клуба шел в этот день воздушный налет на Лондон, не

изменило обычного порядка вещей.

Майор Портер, отставной офицер индийской армии, зашуршал

газетой и откашлялся. Все старались не поднимать на него глаз,

но это не остановило майора.

— В «Таймсе» помещено извещение о смерти Гордона Клоуда,

— сказал он. — Разумеется, общие слова: «5 октября, в

результате вражеских действий». Адрес не указан. А произошло

это как раз рядом с моей квартирой. В одном из больших домов

на Кэмпден-Хилл. Надо сказать, меня это порядком

взбудоражило. Я, знаете ли, состою в гражданской обороне.

Клоуд только что вернулся из Штатов. Он ездил туда по вопросу

государственных закупок. Женился там: молодая вдова —

годится ему в дочери. Миссис Андерхей. Оказывается, я знал ее

первого мужа, встречались в Нигерии…

Майор Портер сделал паузу. Никто не попросил его продолжать.

Все упорно закрывались газетами. Но не таков был майор

Портер, чтобы это его обескуражило.

— Интересно, — неумолимо продолжал Портер, машинально

разглядывая пару необычайно узконосых конвейерного

производства ботинок (этот вид обуви он решительно не

одобрял). — Как я уже сказал, я состою в противовоздушной

обороне. Престранная штука взрывы. Никогда нельзя

предвидеть, к чему они приведут. Пострадал нижний этаж, и

снесена крыша.

- 3 -

Второй этаж практически не тронут. В доме находилось шесть

человек. Трое слуг: супружеская пара и девушка-горничная,

затем Гордон Клоуд, его жена и брат жены. Они все были внизу,

кроме брата жены, в прошлом служившего в отрядах коммандос.

Он предпочел остаться в своей уютной спальне на втором этаже

— и, черт возьми, отделался несколькими синяками. Все трое

слуг были убиты взрывом, Гордон Клоуд засыпан обломками. Его

откопали, но он умер по дороге в больницу. Его жена пострадала

от взрыва, она осталась в чем мать родила, но выжила.

Полагают, что она поправится. Будет богатой вдовой. Гордон

Клоуд, должно быть, имел больше миллиона…

Майор снова сделал паузу. Он поднял глаза от узконосых

дешевых ботинок: брюки в полоску, черный пиджак, яйцевидный

череп и колоссальные усы.

Безусловно, иностранец! Вот почему у него такие ботинки. «Во

что, в самом деле, превращается наш клуб? — подумал Портер.

— Даже здесь никуда не денешься от иностранцев». Эта мысль

не оставляла его на протяжении всего дальнейшего монолога.

То, что данный иностранец слушал его с очевидным вниманием,

ни в коей мере не смягчило предубеждения майора.

— Ей не больше двадцати пяти, — продолжал Портер. — И она

уже во второй раз вдова. Или, по крайней мере, считает себя

вдовой…

Он остановился в надежде, что вызвал любопытство, ожидая

вопросов.

Несмотря на молчание остальных, он упрямо продолжал:

— Дело в том, что на этот счет у меня есть свои соображения.

Странная история. Как я вам говорил, я знал ее первого мужа,

Андерхея. Славный малый. Одно время был главой

колониальной администрации в одном из районов Нигерии.

Отличный парень. Он женился на этой девушке в Кейптауне.

Она была там на гастролях с какой-то труппой. В очень трудном

положении, хорошенькая, абсолютно беспомощная, ну, словом…

Послушала, как бедняга Андерхей восторженно говорит о своем

районе, о бескрайних его просторах, и вымолвила: «Ах, как это

чудесно!» — и как бы она хотела уйти от житейской суеты. В

общем, она вышла за него замуж и ушла от житейской суеты. Он

был здорово влюблен, бедняга, но дело не сладилось уже с

самого начала. Она ненавидела джунгли, смертельно боялась

- 4 -

туземцев и умирала с тоски. Ее представление о счастливой

жизни было иным: ходить в соседнее кафе, встречаться там с

другими актерами, болтать с ними о театральных делах.

Одиночество в джунглях вдвоем с мужем ей вовсе не улыбалось.

Я никогда сам ее не видел — слышал все это от бедняги

Андерхея. На него эта история ужасно подействовала. Он

поступил очень порядочно; послал ее домой и согласился дать

развод. Как раз вскоре после этого я и встретил его. Он был

издерган до предела и находился в том состоянии, когда

человеку необходимо с кем-нибудь поделиться. В некотором

отношении он был странноват, со старомодными взглядами — не

признавал развода, как вообще католики. Он сказал мне: «Есть

другие способы предоставить женщине свободу». —

«Послушайте, дружище, — ответил я, — не делайте глупостей.

Ни одна женщина в мире не стоит того, чтобы пускать себе из-за

нее пулю в лоб». Он сказал, что вовсе не об этом речь. «Я

одинок, — продолжал он. — У меня нет родственников, которые

стали бы печалиться обо мне. Известие о моей смерти даст

Розалин право считаться вдовой, а это именно то, что ей нужно».

— «А как же вы?» — спросил я. «Ну, — сказал он, — быть

может, какой-нибудь мистер Инок Арден появится где-то в тысяче

миль отсюда и начнет новую жизнь». — «Это может в один

прекрасный день поставить ее в ложное положение», —

предостерег я. «О нет, — ответил он. — Я бы не нарушил правил

игры. Роберт Андерхей умер бы безусловно и окончательно».

Я забыл обо всем этом, но шесть месяцев спустя услышал, что

Андерхей умер от лихорадки где-то в джунглях. Туземцы,

сопровождавшие его, были преданы ему. Они вернулись с

подробным рассказом об обстоятельствах его смерти и с

короткой запиской, где почерком Андерхея было нацарапано

несколько слов. Он писал, что туземцы сделали для него все

возможное, но он все же, видимо, умирает. Хорошо отзывался о

старшем проводнике. Этот человек был предан ему, как,

впрочем, и все остальные. Они, конечно, подтвердили бы под

присягой все, что он велел бы им подтвердить. Вот так обстояло

дело… Может быть, Андерхей похоронен в глуши

Экваториальной Африки, а может быть, и нет… И если нет,

миссис Гордон Клоуд в один прекрасный день может оказаться в

довольно трудном положении. И мне ее не жаль. Я никогда не

- 5 -

видел эту женщину, но я знаю, каковы они, эти маленькие

охотницы за золотом. Она разбила жизнь бедняге Андерхею.

Интересная история… Майор Портер обернулся и обвел комнату

вопросительным взглядом, надеясь услышать подтверждение.

Двое из присутствующих смотрели на него с откровенной скукой,

молодой Мелон отвел глаза, и лишь мосье Эркюль Пуаро следил

за ним с вежливым вниманием. Зашуршала газета, и седовласый

человек с удивительно бесстрастным лицом, сидевший в кресле

у камина, спокойно поднялся и вышел из комнаты.

У майора Портера вытянулось лицо, а молодой Мелон тихонько

свистнул.

— Ну и сели вы в лужу, — сказал он. — Знаете, кто это был?

— Господи помилуй, — взволнованно пробормотал майор

Портер. — Конечно, знаю! Не близко, но мы знакомы… Это

Джереми Клоуд. Верно? Брат Гордона Клоуда. До чего же

нескладно получилось, честное слово! Если бы я имел хоть

малейшее представление…

— Он адвокат, — сказал молодой Мелон. — Держу пари, он

привлечет вас к ответственности за клевету, диффамацию или

еще что-нибудь в этом роде. Дело в том, что молодой Мелон

любил сеять тревогу и панику там, где это не запрещалось

законом об охране государства.

Майор Портер взволнованно повторял:

— Очень нескладно. Очень неудачно!

— Это сегодня же вечером станет известно в Вормсли Хит, —

сказал мистер Мелон. — Там живут все Клоуды. Они допоздна

будут обсуждать на семейном совете, что им следует

предпринять.

Но в это время раздался сигнал отбоя, и молодой Мелон

перестал язвить и, осторожно поддерживая под руку своего

друга Эркюля Пуаро, повел его к выходу.

— Ох уж эти наши клубы, — сказал Мелон. — Потрясающее

собрание нудных сплетников. И Портер занимает среди них

первое место.

Это было осенью 1944 года. А в конце весны 1946 года к

Эркюлю Пуаро пришла посетительница.

Было прекрасное майское утро. Эркюль Пуаро сидел за

письменным столом в своем уютном кабинете. Вошел слуга

Джордж и почтительно доложил:

- 6 -

— Сэр, вас хочет видеть какая-то леди.

— Что представляет собой эта леди? — предусмотрительно

спросил Пуаро.

Его всегда забавляло, с какой дотошностью Джордж описывал

посетителей.

— Я бы сказал, сэр, что ей между сорока и пятьюдесятью.

Неопрятна и несколько артистической внешности. Добротные

уличные туфли. Твидовое пальто и юбка, но кружевная блузка.

Какие-то сомнительные египетские бусы и голубой шифоновый

шарф.

Пуаро поежился.

— Я как-то не испытываю желания видеть ее.

— Сказать ей, сэр, что вы нездоровы?

Пуаро посмотрел на него в раздумье.

— Я полагаю, вы уже сказали ей, что я занят важным делом и

меня нельзя отрывать?

Джордж снова кашлянул.

— Она ответила, сэр, что специально приехала в Лондон и

готова ждать сколько угодно.

Пуаро вздохнул.

— Никогда не следует бороться с неизбежным, — сказал он. —

Если леди средних лет, носящая поддельные египетские бусы,

приняла решение увидеть знаменитого Эркюля Пуаро и

приехала с этой целью в Лондон, ничто ее не остановит. Она

будет сидеть там, в холле, пока не добьется своего. Пригласите

ее, Джордж.

Джордж удалился и сразу же вернулся, провозгласив

официальным тоном:

— Миссис Клоуд.

В комнату вошла женщина с сияющим лицом, в поношенной

одежде из твида, с перекинутым через плечо шарфом. Она

приближалась к Пуаро, протягивая ему руку, ее бусы

раскачивались и бренчали.

— Мосье Пуаро, — сказала она, — я пришла к вам по велению

духов.

У Пуаро дрогнули веки.

— В самом деле, мадам? Быть может, вы сядете и расскажете

мне… каким образом…

Он не успел окончить фразу.

- 7 -

— Обоими способами, мосье Пуаро. Письменами и

столоверчением. Это было позавчера вечером. Я и мадам

Элвари (она замечательная женщина) сидели за спиритическим

столиком. Мы несколько раз получили одни и те же инициалы:

Э.П., Э.П., Э.П. Конечно, я не сразу поняла их значение. Это,

знаете ли, требует времени. В нашей земной юдоли нам не дано

все видеть ясно. Я ломала голову, вспоминая, у кого могут быть

такие инициалы. Я знала, что это как-то связано с нашим

последним сеансом, очень необычным, но разгадка пришла не

сразу. Затем я купила номер «Пикчер пост» (тоже, наверно, по

велению духов, обычно я покупаю «Нью стейтсмен»), и там я

увидела вас — ваш портрет — и рассказ о том, что вы сделали.

Это чудесно, ведь верно, мосье Пуаро? Во всем действует

высшая воля. Совершенно очевидно, что именно вас провидение

избрало для того, чтобы пролить свет на это дело.

Пуаро разглядывал свою гостью с большим интересом. Его

внимание привлек острый и умный взгляд ее голубых глаз.

— И что же, миссис… Клоуд, если я не ошибаюсь. — Он

нахмурился. — Кажется, некоторое время назад я слышал это

имя…

Она оживленно закивала головой.

— Мой бедный деверь… Гордон. Чрезвычайно богатый, его имя

часто упоминалось в прессе. Он погиб при бомбежке больше

года назад — тяжелый удар для всех нас. Мой муж — его

младший брат. Он врач. Доктор Лайонел Клоуд… Конечно, —

прибавила она, понизив голос, — муж и понятия не имеет, что я

советуюсь с вами. Он бы этого не одобрил. Доктора, как я

убедилась, очень материалистически смотрят на вещи. Все

духовное странным образом скрыто от них. Они верят только в

науку, но я говорю: что такое наука? Что она может сделать?

Эркюлю Пуаро казалось, что единственно возможный ответ на

ее вопрос — это подробное изложение фактов, включающее

упоминание имени Пастера и лампочки Гемфри Дэви, удобств,

которые песет с собой электричество, и несколько сот других

подобного рода сведений. Но, конечно, не такого ответа ждала

миссис Клоуд. По существу, ее вопрос, как и очень многие

вопросы на свете, вовсе и не был на самом деле вопросом. Это

была всего-навсего дань риторике.

И Эркюль Пуаро ограничился тем, что спросил:

- 8 -

— Так чем, вы полагаете, я смогу помочь вам, миссис Клоуд?

— Вы верите в реальность мира духов, мосье Пуаро?

— Я добрый католик, — осторожно ответил Пуаро.

Миссис Клоуд с улыбкой сожаления отмахнулась от

католической церкви.

— Слепа! Церковь слепа: полна предрассудков, нелепа… Не

принимает реальности и красоты потустороннего мира.

— В двенадцать часов, — сказал Эркюль Пуаро, — у меня

важное деловое свидание.

Замечание было весьма своевременным. Миссис Клоуд

подалась вперед.

— Я буду говорить по существу. Не могли бы вы, мосье Пуаро,

найти исчезнувшего человека?

Пуаро поднял брови.

— Я мог бы это сделать, пожалуй, — ответил он осторожно. —

Но полиция, дорогая миссис Клоуд, могла бы сделать это

гораздо лучше, чем я. У нее для этого есть все необходимые

условия.

Миссис Клоуд отмахнулась от полиции, как раньше от

католической церкви.

— Нет, мосье Пуаро, именно к вам я была направлена теми, кто

скрыт от нашего взора. Теперь послушайте. Брат моего мужа,

Гордон, женился за несколько недель до смерти на молодой

вдове, некой миссис Андерхей. Ее первый муж (бедняжка, какое

это было горе для нее) погиб, как сообщили, в Африке.

Таинственная страна — Африка…

— Таинственный континент, — поправил Пуаро. — Возможно. А

в какой части?..

— В Центральной Африке, — ринулась дальше миссис Клоуд. —

Там, где черная магия… Странные и тайные обычаи… Страна,

где человек может исчезнуть, так что о нем больше и не

услышишь.

— Очень возможно, — сказал Пуаро. — Но то же самое

относится и к площади Пикадилли Серкус.

Миссис Клоуд отмахнулась от Пикадилли Серкус.

— За последнее время, мосье Пуаро, было дважды получено

сообщение от духа, который передал, что его имя Роберт.

Сообщение оба раза было одинаковым: «Не умер»… Мы были

озадачены, мы не знали никакого Роберта. Попросили более

- 9 -

подробных указаний и получили вот что: «Р.А. — Р.А., Р.А.» А

затем: «Скажите Р. Скажите Р.» — «Сказать Роберту?» —

спросили мы. «Нет, от Роберта. От Роберта А.» — «А что

означает это А.?» И тогда, мосье Пуаро, пришел самый важный

ответ: «Андерхей». А мою невестку зовут Розалин, — заключила

миссис Клоуд с торжеством. — Понимаете? Мы запутались с

этими буквами Р. Но теперь их значение вполне ясно: «Скажите

Розалин, что Роберт Андерхей не умер».

— Ах вот что! И вы ей сказали?

Миссис Клоуд несколько смутилась.

— Э-э… нет. Видите ли, люди так недоверчивы. Я уверена,

Розалин не поверила бы. И потом, это могло бы огорчить ее,

бедняжку… Она стала бы беспокоиться, где он, что он делает…

— Кроме того, что подает голос через небесные сферы?

Действительно, странный способ уведомлять о том, что ты жив и

здоров.

— А, мосье Пуаро, видно, что вы человек непосвященный.

Откуда нам знать, в каких он находится обстоятельствах. Бедный

капитан Андерхей (или, кажется, майор), быть может, находится

в плену, где-нибудь в дебрях Африки. Если бы его можно было

найти, мосье Пуаро! Если бы его можно было вернуть дорогой

юной Розалин! Подумайте, как счастлива бы она была! О мосье

Пуаро, я послана к вам свыше, так не отказывайтесь выполнить

веление духов!

Пуаро смотрел на нее и размышлял.

— Мой гонорар очень высок, — мягко сказал он. — Чрезвычайно

высок! И поручение, которое вы хотите на меня возложить, будет

нелегким.

— О боже… ну конечно… очень жаль… Я и мой муж сейчас в

очень стесненных обстоятельствах… Чрезвычайно стесненных.

Мое собственное положение гораздо хуже, чем думает мой

дорогой муж. Я купила несколько акций… по внушению свыше…

И пока они не дали никакой выгоды, оказались совершенно

безнадежными… Они сильно упали в цене, и сейчас, насколько я

понимаю, их невозможно продать.

Она смотрела на него испуганными голубыми глазами.

— Я не осмелилась сказать мужу. Я говорю вам об этом, просто

чтобы объяснить, в каком я положении. Но, безусловно, дорогой

мосье Пуаро, вновь соединить мужа и жену… это такая

- 10 -

благородная миссия…

— Благородство, дорогая мадам, не оплатит издержки

путешествия по суше, воде и воздуху. Не компенсирует оно и

стоимости длинных телеграмм и каблограмм, и опросы

свидетелей.

— Но если он будет найден… если капитан Андерхей будет

найден живым и здоровым… Тогда… Ну, я думаю, я могу

уверенно сказать, что, когда дело будет завершено, тогда…

тогда не останется препятствий к… к возмещению ваших затрат.

— А, так он богат, этот капитан Андерхей?

— Нет. Но… Но я уверяю вас… Я даю вам слово… что… что

тогда денежный вопрос не будет затруднять нас.

Пуаро покачал головой.

— Весьма сожалею, мадам. Вынужден вам ответить — нет.

Потребовалось приложить некоторые усилия, чтобы она приняла

этот ответ.

Когда она наконец ушла, он долго стоял, нахмурясь,

погруженный в размышления. Он вспомнил теперь, почему имя

Клоудов было ему знакомо. Ему припомнился разговор в клубе в

день воздушного налета, нудный, надоедливый голос майора

Портера, бесконечно долго рассказывавший историю, которую

никто не хотел слушать.

Он вспомнил, как зашуршала газета и как внезапно отвисла

челюсть у майора Портера, вспомнил растерянное выражение

его лица.

Занимало его сейчас другое: он старался понять, что

представляет собой энергичная леди средних лет, которая

только что ушла от него. Бойкая болтовня о спиритизме,

развевающийся шарф, цепи и амулеты, бренчащие на шее, и

наконец — несколько противореча всему этому, — внезапный

пронзительный взгляд голубых глаз.

«А зачем все-таки она приходила ко мне? — задал он себе

вопрос. — И хотел бы я знать, что сейчас происходит в… — он

взглянул на визитную карточку на своем столе, — в Вормсли

Вейл?»

Ровно через пять дней он увидел в одной из вечерних газет

короткое сообщение о смерти человека по имени Инок Арден в

Вормсли Вейл — маленькой старинной деревне примерно в трех

милях от очень популярной Вормсли Хит, куда обычно

- 11 -

съезжались игроки в гольф. И снова Пуаро повторил про себя:

«Хотел бы я знать, что происходит сейчас в Вормсли Вейл…»

Вормсли Хит состоит из площадок для игры в гольф, двух

отелей, нескольких очень дорогих вилл современной

архитектуры окнами на площадки для гольфа, длинного ряда

магазинов, которые до войны были роскошными, и

железнодорожной станции.

От вокзала влево тянется главная дорога, по которой с грохотом

мчится транспорт на Лондон, а вправо — вьется через ноля

тропинка с дорожным указателем «Пешеходная дорога на

Вормсли Вейл».

Поселок Вормсли Вейл, затерявшийся среди холмов,

совершенно не похож на Вормсли Хит. Это, в сущности, очень

маленький и старинный рыночный городок, выродившийся в

деревушку. Здесь есть главная улица с домами в георгианском

стиле, несколько кабачков, небольшие магазины, весьма

несовременного вида, словом, кажется, будто Вормсли Вейл

находится не в двадцати восьми, а в ста пятидесяти милях от

Лондона. Все жители деревушки единодушно презирают

Вормсли Хит, разросшийся как гриб после дождя. На окраине

есть несколько прелестных домов с очаровательными старыми

садами.

В один из них, известный под названием Белая вилла, и

вернулась в начале весны 1946 года Лин Марчмонт,

демобилизовавшаяся из Женского вспомогательного корпуса

содействия флоту.

На третий день по возвращении она посмотрела из окна своей

спальни на лужайку с некошеной травой, на вязы на лугу и

радостно вдохнула воздух родных краев. Было тихое, серое,

пасмурное утро, пахло мягкой влажной землей. Именно этого

запаха ей не хватало последние два с половиной года.

Чудесно быть снова дома, чудесно быть в своей собственной

спаленке, о которой она вспоминала так часто и с такой тоской,

когда была за морем.

Чудесно снять военную форму, надеть твидовую юбку и

джемпер, даже если за годы войны их порядком побила моль.

Как хорошо было покинуть армию и снова ощущать себя

свободной женщиной, хотя служба за морем ей очень нравилась.

Работа оказалась довольно интересной, часто устраивались

- 12 -

вечеринки, было много развлечений, но была также

надоедавшая рутина повседневных обязанностей и ощущение

принадлежности к толпе, что иногда заставляло ее страстно

мечтать о демобилизации.

И вот там, на Востоке, во время долгого палящего лета, она

мечтала о Вормсли Вейл, о стареньком прохладном уютном

доме и о мамочке.

Лин любила мать, и в то же время та ее раздражала. Далеко от

дома любовь оставалась, а раздражение куда-то уходило.

Дорогая мамочка, она может довести до белого каления… Чего

бы ни дала тогда Лин, чтобы только услышать хотя бы одну из

тех банальностей, которые мать произносила своим нежным,

жалобным голоском. О, быть снова дома и знать, что никогда,

никогда больше не придется его покинуть!

И вот она здесь не в армии, свободная, в своей Белой вилле…

Вернулась три дня назад. И уже подкрадывалось к ней странное

ощущение неудовлетворенности и беспокойства. Все было таким

же, как прежде, слишком таким же: и дом, и мамочка, и Роули, и

ферма, и семья. Единственно, кто изменился и кому лучше было

бы не меняться, — это она сама…

— Дорогая, — донесся с лестницы тоненький голосок миссис

Марчмонт, — не принести ли моей девочке завтрак в постель?

Лин резко крикнула в ответ:

— Ни в коем случае. Я сейчас же спускаюсь.

«Зачем, — подумала она, — мама называет меня девочкой? Это

глупо!»

Она сбежала вниз и вошла в столовую. Завтрак был не слишком

хорош. Лин уже успела заметить, как много времени и усилий

уходило на поиски продуктов. Если не считать довольно

ненадежной женщины, которая приходила четыре раза в неделю

по утрам, миссис Марчмонт приходилось все делать самой —

готовить и убирать. Ей было около сорока лет, когда родилась

Лин, и уже тогда она не отличалась здоровьем. Лин также

заметила с некоторым испугом, насколько изменилось их

материальное положение. Небольшая, но покрывавшая их

нужды сумма, которая поступала регулярно и обеспечивала им

вполне комфортабельную жизнь до войны, теперь почти

наполовину уходила на уплату налогов. А цены возросли.

«Вот он каков, этот хваленый новый мир!» — мрачно

- 13 -

размышляла Лин. Ее глаза скользили по колонкам свежей

газеты. «Бывшая военнослужащая ищет место, где будут ценить

инициативу и энергию». «Бывшая служащая Женского

вспомогательного корпуса содействия флоту ищет место, где

нужны организаторские способности».

Предприимчивость, инициатива, умение командовать — вот что

предлагалось. А что требовалось? Умение стряпать, стирать и

убирать или хорошо владеть стенографией. Нужны были люди,

знающие ремесло, привыкшие к повседневному труду. Ее все это

не касалось. Ее путь ясен. Брак с кузеном Роули Клоудом. Они

были помолвлены семь лет назад, как раз перед началом войны.

Всегда, сколько она себя помнила, ей предстояло выйти замуж

за Роули. Она быстро примирилась с тем, что он выбрал занятие

сельским хозяйством. Хорошая жизнь! Быть может, не очень

интересная и в постоянной тяжелой работе, но они оба любят

труд на открытом воздухе и домашних животных.

Конечно, теперь перспективы не те, что раньше… Дядюшка

Гордон всегда обещал…

Голос миссис Марчмонт прервал ее размышления. Мать будто

услышала ее мысли.

— Это был ужасный удар для всех нас, дорогая. Я тебе писала.

Гордон пробыл в Англии только два дня. Мы даже не видели его.

Если бы он не останавливался в Лондоне! Если бы прямо

приехал сюда!

«Да, если бы…»

Вдали от дома Лин была поражена и опечалена известием о

смерти дяди, но только сейчас она начала полностью сознавать,

что значит для них эта потеря. Ведь с тех пор, как она себя

помнила, ее жизнь, жизнь каждого из них зависела от Гордона

Клоуда. Богатый и бездетный, он принял под крыло всех своих

родственников.

Даже Роули… Роули и его друг Джонни Вэвасаур начали

работать на ферме вместе. Денег у них было мало, но зато

много надежд и энергии. И Гордон Клоуд одобрил их начинание.

Ей же он сказал:

— В сельском хозяйстве многого не добьешься без капитала. Но

прежде всего надо выяснить, действительно ли у этих мальчиков

достаточно энергии, чтобы двинуть дело. Если я помогу им

сейчас, я не узнаю этого, быть может, долгие годы. А если я

- 14 -

увижу, что у них хорошая закваска, что они способны добиться

успеха, тогда, Лин, тебе не о чем беспокоиться. Я дам им

столько денег, сколько понадобится. Так что не бойся за свое

будущее, девочка. Роули нужна именно такая жена, как ты.

Только не рассказывай никому о нашем разговоре…

Она держала все это в секрете, но Роули и сам ощущал

благожелательный интерес дядюшки. Он должен был доказать

дяде Гордону, что в предприятие Роули и Джонни стоит

поместить деньги.

Да, все они зависели от Гордона Клоуда. Хотя никого из них

нельзя было назвать приживальщиком или бездельником —

Джереми Клоуд был старшим компаньоном в конторе стряпчих,

Лайонел Клоуд — врачом.

Но вся повседневная жизнь проходила под сенью утешительной

уверенности, что у них есть деньги. Никогда не возникало

необходимости отказывать себе в чем-нибудь или откладывать

на черный день. Будущее было обеспечено.

Гордон Клоуд, бездетный вдовец, конечно, принял бы для этого

все необходимые меры. Так он им говорил, и притом

неоднократно.

Его овдовевшая сестра, Эдела Марчмонт, продолжала жить в

Белой вилле, хотя могла, вероятно, переехать в меньший дом,

который было бы легче содержать. Лин училась в лучших

учебных заведениях. Если бы не война, она смогла бы получить

образование в самом дорогом из университетов. Чеки от дяди

Гордона поступали с приятной регулярностью и иногда давали

возможность даже предаваться роскоши.

Все было так налажено, так надежно. И вдруг совершенно

неожиданная женитьба Гордона Клоуда.

— Конечно, родная, — продолжала Эдела, — мы были

буквально потрясены.

Казалось, не было и тени сомнения в том, что Гордон никогда не

женится. У него и без того предостаточно родственников.

Да, думала Лин, множество родственников. Быть может, даже

слишком много?

— Он был всегда так добр, — продолжала миссис Марчмонт. —

Хотя временами чуточку деспотичен. Терпеть не мог обычай

ставить приборы за обедом прямо на полированный стол без

скатерти. Всегда настаивал, чтобы я стелила скатерть, как в

- 15 -

старину. Он даже прислал мне однажды (когда был в Италии)

несколько очень красивых скатертей венецианского кружева.

— Безусловно, уже этим одним он заслужил, чтобы считались с

его желаниями, — сухо сказала Лин. И с некоторым

любопытством спросила:

— Где он встретил эту… вторую жену? Ты никогда не писала мне

об этом.

— О дорогая, то ли на пароходе, то ли в самолете… Кажется, по

пути из Южной Америки в Нью-Йорк. После стольких лет! И

после всех этих секретарш, машинисток, экономок и прочих

дам!..

Лин улыбнулась. С тех пор как она себя помнила, секретарши,

экономки и служащие Гордона Клоуда всегда были объектами

пристального внимания и неустанных подозрений. Она спросила:

— Наверное, она хорошенькая?

— Знаешь, дорогая, — ответила Эдела, — я лично считаю, что у

нее глупое лицо.

— Ну, ты не мужчина, мамочка.

— Разумеется, — продолжала миссис Марчмонт, — бедная

девочка попала в бомбежку, получила шок при взрыве, долго и

тяжело болела и всякое такое. Но если хочешь знать мое

мнение, до конца она так и не оправилась. Она — комок нервов.

Ты понимаешь, о чем я говорю. Иногда она выглядит совсем

полоумной. Не думаю, чтобы она могла быть подходящей

собеседницей для Гордона Клоуда.

Лин улыбнулась. Она не была уверена, что Гордон Клоуд выбрал

в жены женщину много моложе себя для того, чтобы вести с ней

интеллектуальные беседы.

— А кроме того, дорогая, — миссис Марчмонт понизила голос, —

мне неприятно говорить об этом, но она безусловно не леди!

— Что за выражение, мамочка! Какое это имеет значение в наше

время?

— В деревне это еще имеет значение, дорогая, — невозмутимо

ответила Эдела. — Я только хочу этим сказать, что она не из

нашего круга.

— Бедняжка!

— Лин, я не понимаю, что ты хочешь сказать. Мы все очень

старались проявить к ней внимание и приняли ее как родную

ради Гордона.

- 16 -

— Так, значит, она в Фэрроубэнке? — снова с любопытством

спросила Лин.

— Да, разумеется. Куда же ей еще было ехать после больницы?

Доктора сказали, что ей надо оставить Лондон. Она в

Фэрроубэнке вместе со своим братом.

— А он что собой представляет?

— Ужасный молодой человек! — Миссис Марчмонт сделала

паузу и затем решительно добавила:

— Грубиян!

Лин почувствовала вспышку симпатии. Она подумала: «На его

месте я наверняка тоже была бы грубиянкой!»

— Как его зовут?

— Хантер. Дэвид Хантер. Кажется, он ирландец. Они не

принадлежат к тем, о ком слышишь в нашем круге. Она была

вдовой какого-то Андерхея. Как ни хочешь быть

снисходительной, все же невольно задаешь себе вопрос: какая

это вдова будет во время войны путешествовать из Южной

Америки? Невольно напрашивается мысль, что ода просто

высматривала богатого мужа.

— В таком случае, она недаром потратила время, — заметила

Лин.

Миссис Марчмонт вздохнула.

— Это кажется просто невероятным. Гордон всегда был таким

проницательным. Ведь и прежде находились женщины, которые

пытались… Скажем, эта его предпоследняя секретарша. Такая

крикливая и вульгарная. Она очень хорошо работала, насколько

я знаю, но ему пришлось избавиться от нее.

Лин сказала неопределенно:

— Наверное, у каждого бывает свое Ватерлоо.

— Шестьдесят два, — сказала миссис Марчмонт. — Очень

опасный возраст. И война тоже, вероятно, действует на психику.

Не могу тебе передать, как мы были потрясены, когда получили

это письмо из Нью-Йорка.

— Что говорилось в письме?

— Он написал Фрэнсис… даже не понимаю, почему ей. Быть

может, он полагал, что благодаря своему воспитанию она

отнесется к новости с большим сочувствием. Он писал, что,

наверное, мы будем очень удивлены, когда узнаем, что он

женился. Это произошло несколько неожиданно, но он уверен,

- 17 -

что все мы скоро полюбим Розалин. Театральное имя, не правда

ли, дорогая? Какое-то не настоящее. У нее была очень трудная

жизнь, писал он, ей много пришлось испытать, несмотря на

молодость.

— Совершенно обычная комбинация, — пробормотала Лин.

— Да, согласна с тобой. Столько раз мы слышали о таких

случаях. Но уж от Гордона можно было ожидать, что он, с его

опытом… Но вот так получилось. У нее необыкновенные глаза,

совершенно синие и, как говорится, с поволокой.

— Привлекательна?

— О да, она безусловно очень хорошенькая. Хотя, конечно, я

лично предпочитаю иной тип красоты.

— Это ты обо всех говоришь, — усмехнулась Лин.

— Нет, дорогая. Конечно, мужчины… но что говорить о

мужчинах! Даже самые уравновешенные из них совершают

невероятно глупые поступки! Дальше в письме Гордона

говорилось, что мы вовсе не должны думать, будто его брак

приведет к какому-либо ослаблению родственных уз. Он по

прежнему чувствует себя обязанным всем нам помогать.

— Но он не составил завещания после женитьбы?

Миссис Марчмонт покачала головой.

— Свое последнее завещание он составил в 1940 году. Я не

знаю подробностей, но он дал мне тогда понять, что позаботился

обо всех на случай, если с ним что-нибудь произойдет. Это

завещание, конечно, потеряло силу после его женитьбы. Думаю,

что он собирался составить новое, когда приедет домой, но не

успел. Он погиб буквально на следующий день после

возвращения в Англию.

— И таким образом она, Розалин, получила все?

— Да. Старое завещание потеряло силу после женитьбы.

Лин ничего не сказала. Она была не более меркантильна, чем

большинство людей, но все же только вопреки человеческой

натуре она могла бы остаться равнодушной к новому положению

вещей. Она была уверена, что и сам Гордон Клоуд решил бы

этот вопрос совсем иначе. Может быть, он оставил бы молодой

жене основную часть своего состояния, но, безусловно, как-то

обеспечил бы и родственников, которых сам приучил к своей

поддержке. Множество раз он убеждал их не откладывать

деньги, не заботиться о будущем. Она слышала, как он говорил

- 18 -

дяде Джереми: «Ты будешь богатым человеком после моей

смерти». А ее матери он часто повторял: «Не беспокойся, Эдела.

Я позабочусь о Лин, ты это знаешь. И я не допущу, чтобы ты

переехала из Белой виллы — это твой дом. Посылай мне все

счета за ремонт и содержание».

А Роули он посоветовал заняться сельским хозяйством. Он

настоял, чтобы сын Джереми, Энтони, пошел в гвардию, и всегда

посылал ему солидную сумму.

Лайонела Клоуда он убедил избрать для занятий определенную

отрасль медицинских исследований, которая пока не приносила

дохода, и сократить врачебную практику…

Размышления Лин были прерваны драматическим жестом

миссис Марчмонт: с дрожащими губами она протягивала Лин

пачку неоплаченных счетов.

— Посмотри, Лин, — причитала она. — Что мне делать? Что же

мне делать, Лин? Сегодня утром управляющий банком написал

мне, что я превысила свой кредит. Не понимаю, как это могло

случиться. Я была так осторожна. Видимо, мои бумаги не

приносят такого дохода, как обычно. Он говорит, увеличились

налоги. И все эти желтые бумажки, страховка от военных

разрушений — за них, хочешь не хочешь, приходится платить.

Лин взяла и стала их просматривать. Тут не было никаких

излишеств.

Черепица на починку крыши; ремонт изгороди; замена

прохудившегося котла отопления в кухне. Сумма получалась

солидная.

Миссис Марчмонт жалобно сказала:

— Думаю, нам придется переехать отсюда. Но куда? Маленьких

домиков нет, их просто не существует на свете. О, я не хочу

расстраивать тебя всем этим, Лин, сразу после твоего

возвращения. Но я не знаю, что делать. Просто не знаю…

Лин посмотрела на мать. Ей было за шестьдесят. Она никогда не

отличалась здоровьем. Во время войны у нее жили

эвакуированные из Лондона, она готовила для них и убирала,

работала в Женской организации помощи фронту, варила

варенье, помогала организовать горячие завтраки в школе.

Она трудилась по четырнадцать часов в день, и это после легкой

жизни, которую она вела до войны. Лин видела, что мать

держится из последних сил. Она измотана и полна страха перед

- 19 -

будущим.

В душе Лин закипал гнев. Она медленно проговорила:

— А не могла ли бы эта… Розалин… помочь?

Миссис Марчмонт вспыхнула.

— Мы не имеем права, никакого права.

Лин возразила:

— Я думаю, ты имеешь моральное право. Дядя Гордон всегда

помогал нам.

Миссис Марчмонт покачала головой.

— Не очень красиво, дорогая, просить милости у того, кого не

слишком жалуешь. Да к тому же этот ее братец никогда не

разрешит ей дать ни пенни.

Затем героизм уступил место чисто женской язвительности, и

она добавила:

— Если только он вообще ей брат!

 

 

Глава 2

 

Фрэнсис Клоуд в задумчивости смотрела на мужа, сидящего

напротив нее за обеденным столом.

Фрэнсис было сорок восемь лет. Она принадлежала к числу тех

худых подвижных женщин, которым идет одежда из твида. Ее

лицо, не знавшее косметики, кроме легкой полоски помады на

губах, носило следы былой высокомерной красоты.

Джереми Клоуд был худощавый седой шестидесятитрехлетний

мужчина с замкнутым и бесстрастным лицом. В этот вечер его

лицо казалось даже более бесстрастным, чем обычно.

Жене было достаточно одного взгляда, чтобы заметить это.

Пятнадцатилетняя девочка сновала вокруг стола, подавая

блюда. Ее напряженный взгляд был устремлен на Фрэнсис. Если

та хмурилась, у горничной все чуть ли не из рук валилось, а при

одобрительном взгляде она расплывалась в улыбке.

В Вормсли Вейл давно с завистью отметили, что уж если у кого

хорошие слуги, так это у Фрэнсис Клоуд. Она не подкупала их

чрезмерной платой и была очень требовательна, но охотно

ободряла всякую удачу и так заражала примером собственной

энергии и трудолюбия, что обыкновенная работа по дому

приобретала какой-то чуть ли не творческий смысл. В течение

- 20 -

своей жизни Фрэнсис привыкла, что ее обслуживают, и

воспринимала это как должное; она так же ценила хорошую

кухарку или хорошую горничную, как ценила бы хорошего

пианиста.

Фрэнсис Клоуд была единственной дочерью лорда Эдварда

Трентона, который разводил племенных лошадей по соседству с

Вормсли Хит. Те, кто знал обстоятельства дела, расценили

полное банкротство лорда Эдварда как наилучший способ

избежать худших последствий. Ходили слухи о странных

происшествиях с его лошадьми, о каком-то расследовании

Правления клуба жокеев. Но лорд Эдвард уладил все дело,

лишь слегка замарав свою репутацию, и достиг соглашения с

кредиторами, которое давало ему возможность вести

чрезвычайно комфортабельную жизнь где-то на юге Франции.

Всеми этими благодеяниями он был обязан хитроумию и

недюжинной энергии своего поверенного, Джереми Клоуда.

Клоуд сделал гораздо больше того, что обычно делает

поверенный для своего клиента, даже предложил собственные

гарантии. Он ясно дал понять, что испытывает глубокое чувство

к Фрэнсис Трентон, и по истечении некоторого времени, когда

дела ее отца были благополучно устроены, Фрэнсис стала

миссис Джереми Клоуд.

Каковы были ее собственные чувства, никто не знал. Можно

было только с уверенностью сказать, что она честно выполнила

свою часть договора. Она была хорошей и верной женой для

Джереми, заботливой матерью их сына, всячески соблюдала

интересы Джереми и никогда ни словом, ни делом не давала

основания думать, что этот брак был вызван чем-либо иным,

кроме ее собственной доброй воли.

За это семья Клоудов чрезвычайно уважала и почитала Фрэнсис.

Клоуды гордились ею, считались с ее мнением, но никогда не

испытывали к ней нежных чувств.

Что думал о своей женитьбе сам Джереми Клоуд — никто не

знал, ибо никто вообще не знал, что думал или чувствовал

Джереми Клоуд. «Сухарь» — таким считали Джереми. Мнение о

нем как о юристе и порядочном человеке было очень высокое.

Контора «Клоуд и Брунскил» никогда не бралась за

сомнительные дела. Ее считали не особенно блестящей, но

вполне надежной.

- 21 -

Скрыто страниц: 1

После покупки и/или взятии на чтение все страницы будут доступны для чтения

- 22 -

Скрыто страниц: 170

После покупки и/или взятии на чтение все страницы будут доступны для чтения

- 23 -

Скрыто страниц: 170

После покупки и/или взятии на чтение все страницы будут доступны для чтения

- 24 -

Скрыто страниц: 1

После покупки и/или взятии на чтение все страницы будут доступны для чтения

- 25 -

человека по одному и тому же обвинению. Но до тех пор, пока

полиция думает, что это сделал он, она не будет искать другого

виновника.

— Но этот Пуаро…

— Он сказал инспектору Спенсу, что это был несчастный случай,

и, насколько я понимаю, инспектор только посмеялся над ним.

Если хочешь знать мое мнение, я думаю, что Пуаро никому

ничего не скажет. Он такой славный…

— Нет, Лин, я не могу позволите тебе идти на риск. Кроме всего

прочего, я… Могу ли я положиться на себя? Я хочу сказать, что

жить со мной будет небезопасно.

— Может, ты и прав… Но знаешь, Роули, я ведь люблю тебя… и

тебе пришлось пережить сущий ад… А о собственной

безопасности я никогда не заботилась.

 

Примечание

 

Биметаллизм — денежная система, при которой в качестве меры

стоимости служат два валютных металла — золото и серебро,

монеты из которых допускаются к обращению на равных правах.

ищите женщину (фр.)

Василиск — сказочное чудовище, змей, убивающий взглядом и

дыханием.

 

 

- 26 -

 

- 27 -

Берег удачи

Кристи Агата

417

Добавил: "Автограф"

Статистика

С помощью виджета для библиотеки, можно добавить любой объект из библиотеки на другой сайт. Для этого необходимо скопировать код и вставить на сайт, где будет отображаться виджет.

Этот код вставьте в то место, где будет отображаться сам виджет:


Настройки виджета для библиотеки:

Предварительный просмотр:


Опубликовано: 4 Oct 2016
Категория: Детектив, Зарубежная литература, Современная литература

Возможно ли, что убийство странного незнакомца, остановившегося в маленькой сельской гостинице, как-то связано с судьбой юной вдовы старика миллионера? На месте преступления видели таинственную женщину, по описанию свидетелей слегка похожую на молодую красавицу. Читателя, знакомого с творчеством королевы детектива - Агаты Кристи, не оставит равнодушным роман `Берег удачи`. В нашей библиотеке вы можете бесплатно почитать книгу « Берег удачи ».

КОММЕНТАРИИ (0)

Оставить комментарий анонимно
В комментариях html тэги и ссылки не поддерживаются

Оставьте отзыв первым!